Jul. 14th, 2010
Сергей Марков
Jul. 14th, 2010 03:30 pm( Read more... )
В волчьем тулупе
Несчастье не знало предела.
На слово прощальное скуп,
Стоял я. Ты молча сидела
И куталась в волчий тулуп.
Последнее чувство ревниво,
Смятенье объяло меня.
Но спутник твой вынул огниво,
Чтоб искру добыть из кремня.
Нам голос безжалостной стали
Напомнил: «Прощаться пора!»
И мы на мгновение стали
Такими, как были вчера.
Я помню, как теплые руки
Упали на грядки саней,
Подхвачены вихрем разлуки
Тяжелые гривы коней.
Поземки стоверстные цепи,
Сверкая, нагнали меня.
Кругом — великие степи,
Где взор не отыщет огня.
Запало, как искра в пустыне,
Последнее слово — «Прости!»
Бреду по белой трясине,
А губы — в волчьей шерсти.
1954
( Read more... )
В волчьем тулупе
Несчастье не знало предела.
На слово прощальное скуп,
Стоял я. Ты молча сидела
И куталась в волчий тулуп.
Последнее чувство ревниво,
Смятенье объяло меня.
Но спутник твой вынул огниво,
Чтоб искру добыть из кремня.
Нам голос безжалостной стали
Напомнил: «Прощаться пора!»
И мы на мгновение стали
Такими, как были вчера.
Я помню, как теплые руки
Упали на грядки саней,
Подхвачены вихрем разлуки
Тяжелые гривы коней.
Поземки стоверстные цепи,
Сверкая, нагнали меня.
Кругом — великие степи,
Где взор не отыщет огня.
Запало, как искра в пустыне,
Последнее слово — «Прости!»
Бреду по белой трясине,
А губы — в волчьей шерсти.
1954
( Read more... )