![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
lukomnikovАвалиани рассказывал, что Аронзон говорил ему о Бродском:
"Он пишет членом. Если ему отрезать член, он перестанет писать. А если мне - я не перестану".
-------
Дудинский в поезде (году в 92-м, когда мы возвращались со Смоленского фестиваля) рассуждал:
"Настоящий авангардист - это тот, кто ради искусства может зажарить и съесть собственного ребёнка. В русской поэзии было только три настоящих авангардиста: Блок, Маяковский и Губанов. Ну, может быть, Есенин ещё".
Кто-то испуганно спросил: "А как же Хлебников?".
Дудинский: "Ну, он был медиум, сумасшедший, он, конечно, угадывал кое-что, но трезвого сознания у него не было, а такой человек не может считаться настоящим авангардистом".
Кто-то, совсем уже робко: "А Хармс?"
Дуда отвечал: "Ну это вообще клоун. Его трагическая гибель случайна".
"Он пишет членом. Если ему отрезать член, он перестанет писать. А если мне - я не перестану".
-------
Дудинский в поезде (году в 92-м, когда мы возвращались со Смоленского фестиваля) рассуждал:
"Настоящий авангардист - это тот, кто ради искусства может зажарить и съесть собственного ребёнка. В русской поэзии было только три настоящих авангардиста: Блок, Маяковский и Губанов. Ну, может быть, Есенин ещё".
Кто-то испуганно спросил: "А как же Хлебников?".
Дудинский: "Ну, он был медиум, сумасшедший, он, конечно, угадывал кое-что, но трезвого сознания у него не было, а такой человек не может считаться настоящим авангардистом".
Кто-то, совсем уже робко: "А Хармс?"
Дуда отвечал: "Ну это вообще клоун. Его трагическая гибель случайна".
